Танки-тральщики и штурмовые сапёры в берлинской операции

Танки-тральщики и штурмовые сапёры в берлинской операции

Мины не идут в наступление, не стреляют, не плачут моторами, но они невидимы, бесшумны и очень смертоносны. Минное поле может нанести армиям не меньшие утраты, чем вражеский пламя, и лишает наступающих свободы манёвра.

Чтобы этого не случилось, одними из первых на поле боя появляются сапёры. Их задача — отыскать и нейтрализовать мины соперника.

Для начала — хотя бы на нескольких участках, по которым люди и техника смогут пройти безопасно.

другим родам и Сапёрам армий оказывает помощь особая техника для разминирования. В отличие от людей, она трудится грубо, заставляя мины взрываться, а не обезвреживая их.

Дабы не пострадать от разрыва, машины-тральщики прекрасно защищены либо строятся на базе танков, каковые не очень сильно опасаются ударной осколков и волны.

В то время, когда настало время решающего удара Красной армии на Берлин, на пути войск СССР были не только орудийные и пулемётные стволы. Немцы щедро засеяли почву фугасами и минами.

И вот как с ними боролись отечественные войска.

Перед бурей

Зееловские высоты были последним рубежом обороны на пути к Берлину. Немцы не пожалели сил и матчасти для их упрочнения.

Среди них и мин, каковые стали значимой частью германской обороны на этом месте.

Штурмовые сапёрные части действовали на острие атаки, в самой гуще сражения, не только прокладывая путь вторым армиям, но и сражаясь вместе с ними

Со своей стороны, Красная армия к 1945 году накопила большой опыт верного прорыва германской обороны. В качестве наглядного и прекрасно документированного примера возможно привести действия одной из частей 1-го Белорусского фронта, которым руководил Жуков.

Обращение отправится о 2-й не сильный — штурмовой инженерно-сапёрной бригаде Резерва Командования.

Штурмовые сапёры были одним из наиболее значимых элементов грядущей операции. Им предстояло первыми идти в бой, проделывать проходы в минных полях, наводить переправы, разбирать завалы.

А ещё — сметать соперника с лица почвы огнемётами. Кроме сапёрных батальонов, для грядущей операции в состав бригады включили 166-й инженерно-танковый полк (итп) танков-тральщиков, намерено «заточенных» под прорыв минных полей.

Дополнительно сапёрам передали пять простых танков, оборудованных тралами.

Проходов необходимо было большое количество, исходя из этого бригаду поделили. Советским 4-му и 29-му гвардейским стрелковым корпусам, каковые должны были наступать в первом эшелоне, передали по роте танков-тральщиков (до 10 автомобилей).

Помимо этого, любая танковая рота, которая должна была прорывать передний край обороны, взяла по одной роте сапёров-штурмовиков. Уже 12 апреля 1945 года сапёры приступили к целому разминированию полей на будущем пути войск СССР.

Один лишь 6-й сапёрный батальон из 2-й бригады за ночь снял более 2000 противотанковых мин.

Разведка боем

Не смотря на то, что начало общевойскового наступления советское руководство наметило на 16 апреля, для некоторых частей 1-го Белорусского фронта отсчёт битвы за Берлин отправился двумя днями ранее. Формально это была разведка боем: Красная армия должна была совсем вскрыть совокупность огня соперника.

Но был шанс, что немцы сочтут эти «прощупывающие» атаки началом главного удара и, как они довольно часто это делали, начнут отводить силы с передовых позиций на основной предел обороны, дабы первый, самый сильный удар бомбардировки пришёлся по безлюдному месту.

Утром 14 апреля германских солдат разбудила не команда «Подъём!», а вой «катюш» и разрывы снарядов. Ещё до конца артподготовки, сразу после переноса огня в глубину германской обороны, вперёд пошли танки-тральщики с группами сапёров.

Они проложили два прохода через минные поля до окраины деревни Альт-Тухебальд. Пройдя минное поле, танки вели бой, а сапёры, расширив полосы перемещения до 50 метров, пропускали через них простые танки и пехоту.

Немцы замечательно осознавали, чем им угрожает присутствие на поле боя танков с неуклюжими массивными конструкциями спереди. В итоге проходы в полях стоили 3-й роте инженерных танков одной подбитой и одной сгоревшей автомобили.

Помимо этого, германские пушки разбили два трала. Ответным огнём войска СССР стёрли с лица земли пять противотанковых орудий соперника.

14 апреля вечером в бой пошли танки-тральщики 4-й роты. Они получили приказ выполнить проходы к шоссе на Берлин — рейхсштрассе № 1. Защищая одну из основных магистралей Германии, немцы сожгли три и подбили два танка-тральщика.

Войска СССР стёрли с лица земли шесть германских орудий и восемь пулемётных точек.

Но главными были не стёртые с лица земли немцы либо перевоплощённые в металлолом орудия. Километры передовой линии обороны — вот что имело самую большую цену.

Сейчас германские заграждения были за спиной войск СССР, а это означало, что сапёров ожидает бессонная ночь.

К утру в германских полях они проложили 31 новый проход.

15 апреля было воскресным днём, как и 22 июня 1941 года. Хорошее результат для наступления.

Немцы ожидали его, но сутки прошёл — и в их штабах набрались воздуха с облегчением: думается, русские отложили атаку.

Ночь также прошла негромко.

А вот солнце над Зееловскими высотами 16 апреля 1945 года заметили на 45 мин. позднее его восхода.

Огненный путь к сердцу Рейха

Ровно в пять утра взревели тысячи советских артиллерийских и миномётных стволов, завизжали реактивные боеприпасы «катюш». Эта вакханалия продолжалась три четверти часа, но уже через десять мин. по окончании первого залпа танки-тральщики двинулись в наступление, прокладывая дорогу своим бронированным собратьям из линейных самоходных полков и танковых бригад.

В 7:00 они первыми вышли к каналу Хауптграбен. Мосты через него немцы взорвали, но сапёры, экипажи танков и подоспевшая пехота под огнём соперника навели переправу.

Через три часа канал остался сзади.

Штурмовые сапёры первыми ворвались в деревню Людвиглуст, завязав с соперником ближний бой. Немцы отчаянно дрались за любой метр, но всё-таки наступление красной армии продвигалось.

К утру следующего дня инженерные танки вышли на окраины города Зеелова. Дальше им пути не было, поскольку защитники перегородили все проходы завалами, разобрать каковые отечественные армии смогли лишь вечером.

Работы у сапёров наряду с этим хватало — как записано в отчёте 2-й бригады: «соперник близко заминировал целый город». Завалы, мины, самодельные фугасы, опять завалы… И без того сутки за днём.

27 апреля 1945 года бригада вышла к предместьям Берлина. Для переправы через реку Шпее штурмовые сапёры взяли девять ленд-лизовских грузовиков-амфибий и тридцать лёгких автомобилей.

Дополнительно десант усилили ротой огнемётчиков.

Последовательно форсировав две реки: Шпее и Женщине, — сапёры вступили в уличные битвы, расширяя плацдарм для пехоты.

Одним из основных достижений 2-й шисбр в Берлине стал захват моста через канал Тельтов. Металлическое сооружение длиной 50 метров немцы подготовили к подрыву и шепетильно защищали, а подходы к мосту были перегорожены завалами.

Но Красной армии данный мост был нужен, причём как раз целым.

Дабы отвлечь внимание немцев, по их берегу начала бить отечественная артиллерия. До тех пор пока рвались боеприпасы, штурмовая сапёрная несколько ползла по мосту.

Они были посередине, в то время, когда один из бойцов нашёл провода, ведущие к зарядам, и перерезал их.

Два заряда, ближайших к западному берегу, позже однако взорвались — оказалось, что немцы дублировали их подрывные совокупности. Но мост остался находиться.

До тех пор пока часть бойцов расширяла плацдарм по окончании его преодоления, остальные скоро залатали пробоину, применяв доски от германских баррикад вблизи моста. Ещё через пара мин. Тельтов-канал уже пересекали артиллерия и советские танки.

В движение кроме этого шли взрывчатка «и» трофейные фаустпатроны. Подрывными зарядами проламывали стены и заборы строений, давая проходы пехоте и технике.

С их помощью врывались в укреплённые дома с неожиданной стороны, рушили подвалы и верхние этажи, в которых засели немцы.

Время от времени получалось так, что целый дом несложнее было взорвать, чем брать штурмом, неся утраты. Благо взрывчатки у сапёров хватало: на любой взвод выделялось по 75 килограммов.

По два-три сапёра 2-й бригады сопровождали любой танк либо самоходку тех частей, с которыми бригада вести войну совместно. Во всех странных местах они бережно выдвигались вперёд, контролировали наличие мин и показывали бронетехнике путь.

К вечеру 1 мая 2-й шисбр оставалось всего пара кварталов до Рейхсканцелярии. Но брать её штурмовым сапёрам уже не было нужно: утром 2 мая 1945 года гарнизон Берлина начал сдаваться в плен.

Создатель текста — Андрей Уланов

Источники:

1. Отчёт о военных действиях 2 шисбр РГК.

2. Своевременные документы 8-й гв. а.

Штурм самой неприступной крепости Фашисткой германии — Кёнигсберг


Похожие статьи, подобранные для Вас: