Танкисты ротмистрова в бою: укрощение «пантер» у капитановки

Танкисты ротмистрова в бою: укрощение «пантер» у капитановки

Контуры котла, в котором предстояло «свариться» дивизиям германской группы армий «Юг», проступили на германских картах уже к 26 января 1944 года — на следующий день Корсунь-Шевченковской операции. Ответным ходом германского руководства стал сильный удар в зоне действий советского 2-го Украинского фронта.

При его успешном финале в окружении были бы уже не немцы, а советская 5-я гвардейская танковая армия П. Ротмистрова.

В данной битве на заснеженных полях Украины одним из германских козырей должен был стать 1-й батальон 26-го танкового полка, вооружённый новенькими танками «Пантера». И не смотря на то, что в бой эта часть вступила лишь 28 января, её приключения начались значительно раньше, ещё по пути в СССР.

Атака «Кремлёвских гремлинов»

76 «Пантер» под руководством майора Глесгена загрузили в эшелон во Франции. Если судить по тому, что происходило дальше, на танки напали «кремлёвские гремлины» из мультипликационного фильма, снятого американской студией Warner Brothers.

На экране они грызли самолёт Гитлера, в жизни — не побрезговали и танками 1-го батальона.

Возможно заявить, что немцы сами помогли Красной армии разбить целый батальон «Пантер». Для этого 28 января 44-го они совершили все неточности, вероятные на поле боя

Уже через день после погрузки, прямо в эшелоне, у одной из «Пантер» вспыхнул двигатель. Потушить пожар немцы не смогли, танк стал первой безвозвратной утратой батальона.

Чем дальше на восток лежал путь, тем яростнее «гремлины» вгрызались в нежданно хрупкую арийскую технику. К 27 января, по окончании 14 дней нахождения в резерве дивизии «Великая Германия», количество боеспособных танков в батальоне сократилось до 63.

Батальон получил приказ выдвигаться к линии фронта, но потусторонние силы не отставали. У одной «Пантеры» опять загорелся двигатель — опять-таки с фатальным для танка финалом.

Четыре экипажа рассказали о разнообразных поломках. Ещё один танк провалился на мосту.

Упрочнениями ремонтников к 28 января в батальоне набралась 61 «Пантера», готовая к бою.

В это же время, пока 1-й батальон добирался до фронта, ситуация в том месте становилась всё драматичнее.

Притча о «игольном» ушке и Пантерах

25 января 1944 года немцам удалось отсечь от коммуникаций 20-й корпус из состава 5-й гвардейской танковой армии Ротмистрова. Наряду с этим соперник сам угодил в окружение у деревни Капитановки.

Отправленная на помощь ударная несколько под руководством майора Сиверса (от 15 до 19 «Пантер» и мотопехота) пробилась к окруженцам, но также «застряла». В итоге у Капитановки появился «слоёный пирог» из советских и германских частей.

В похожей ситуации, произошедшей пара месяцев спустя под Сандомиром, немцы мрачно пошутили: «Мы в кольце, и вы в кольце — посмотрим, что будет в конце».

27 января на помощь 20-му корпусу пришёл 18-й, что должен был оказать помощь вернуть коммуникации. В нём насчитывалось 68 «тридцатьчетвёрок», одна самоходка СУ-85 и 23 ленд-лизовских танка «Валентайн».

Корпусу кроме этого придали артиллерию и пехоту усиления.

К вечеру, в то время, когда битвы закончились, соединение выяснилось очень сильно потрёпано, но смогло сохранить шаткое равновесие на фронте.

Как раз сейчас к полю боя наконец-то подошёл измученный «кремлёвскими гремлинами» 1-й батальон «Пантер» майора Глесгена.

В споре против «тридцатьчетвёрок», и тем более «Валентайнов», кулак из 61 «Пантеры» был весьма веским доводом. Но сперва они должны были пробиться к своим окружённым армиям.

Если бы это оказалось, то прекрасно укомплектованный батальон Глесгена имел возможность бы стать гором, о которую разобьются будущие атаки советских танков.

«Пантеры» развернулись в боевой порядок и начали перемещение 28 января 1944 года, в 6:00. Как ни необычно, германское руководство не организовало ни пехотной, ни артиллерийской помощи.

По сути, вместо обычной атаки танки должны были до собственных. А вот этого и не получилось.

Немцы были рядом с сёлами Тишковкой и Писаревкой, и из обеих по ним ударили советские пушки. Подтянулись и отечественные танки (170-я бригада 18-го корпуса), каковые именно наступали в данный же район и приняли германскую атаку за контрудар в ответ на собственные действия.

По результатам боя, разгоревшегося в первой половине дня, советские утраты составили 29 Т-34 и восемь «Валентайнов». Помимо этого, немцы смогли всецело разбить советскую противотанковую батарею.

У соперника, по отечественным данным, было стёрто с лица земли 20 танков, и ещё одну «Пантеру» удалось захватить.

В утреннем бою погиб начальник батальона майор Глесген. Не считая него, сгорел в танке начальник одной из рот, а второй ротный взял осколочное ранение.

Батальон возглавил было капитан Майер, но практически сходу его отстранил от руководства полковник Бюзинг из дивизии «Великая Германия», которой формально подчинялся 1-й батальон. Он был весьма обижен действиями собственных танкистов.

И справедливо, по причине того, что с утра, пока танки «гуляли сами по себе», из 61 автомобили боеспособными остались лишь 35. Само собой разумеется, был шанс починить солидную часть подбитых танков.

Но для этого не было возможности разрешить советским армиям захватить территорию, на которой остались подбитые «Пантеры».

Управленческая трагедия

Следующую атаку немцы совершили по всем правилам.

Около трёх часов дня по советским позициям в Писаревке наконец-то «отработали» артиллерия, авиация и шестиствольные реактивные миномёты. После этого пошли в наступление «Пантеры», взявшие приказ захватить удачную высоту 209,4 и ожидать в том месте пехоту, которая должна была поддержать предстоящее наступление.

Чуть танки продвинулись вперёд, как попали под пламя отечественных противотанковых орудий. А германская пехота по большому счету не поддержала атаку.

Данный провал нисколько не охладил пыл полковника Бюзинга. Напротив, он тут же начал организовывать следующую атаку, попутно угрожая подчинённым, что если они будут функционировать так же вяло, то отправятся под суд.

В это же время маленький зимний сутки заканчивался, а в темноте «Пантеры» не только лишались преимущества, которое давала им их замечательная и дальнобойная пушка, но и имели возможность стать лёгкой добычей для советских пехотинцев с противотанковыми гранатами.

Бюзинг приказа об атаке не отменил. Уже в сумерках «Пантеры» выползли на злополучную высоту — только после этого, дабы убедиться, что, стоя на ней, они являются хорошие мишени для советских противотанковых пушек.

Сообщение с полковником Бюзингом сейчас пропала, и, в то время, когда «противотанковые пушки и советская пехота стали просачиваться на позиции», капитан Майер, опять принявший руководство батальоном, приказал отойти с высоты 209,4 хотя бы после этого, дабы убрать боеспособные танки из засветки от загоревшихся «Пантер». А в то время, когда сообщение показалась, Бюзинг зачем-то приказал танкам опять выдвинуться к той высоте, на которой погиб прошлый начальник 1-го батальона.

Неспециализированный итог боя 28 января 1944 года был для немцев неутешителен. Всё, что они имели возможность записать себе в актив, это утренний встречный бой, в то время, когда они нанесли тяжелые потери танкам советского 18-го корпуса.

На роль утешения это тянуло слабо.

Не хорошо организованные атаки, отсутствие пехотной нормального руководства и поддержки лишний раз подтвердили: сами по себе танки мало что смогут. Из 61 «Пантеры» в батальоне осталось всего 17 исправных автомобилей.

Сходу по следам битв немцы записали 20 танков в безвозвратные утраты. Позже, в то время, когда часть потерянных «Пантер» удалось эвакуировать, эти удалось уточнить.

Итоговый счёт был следующим: 10 автомобилей списаны безвозвратно и 34 нуждаются в ремонте, причём кое-какие из них — из-за поломок.

Ударного кулака, благодаря которому немцы имели возможность бы переломить обстановку, больше не существовало. В довершение всех бед 20-й корпус, в тылу которого происходили вышеописанные события, соединился с сотрудниками-танкистами 1-го Украинского фронта.

Кольцо Корсунь-Шевченковского котла сомкнулось.

Авторы текста — Андрей Александр и Уланов Томзов

Источники:

1. ЦАМО РФ: с сайта «Память народа»:

Своевременные документы 18-го механизированного корпуса.

Своевременные документы 1-й воздушно-десантной дивизии.

Оперативная сводка штаба 1 гв. вдд, 28.01.1944.

Боевое донесение штаба 20 тк, 10:00 28.01.1944.

2. Фогель Г. Потерпевшие победу. М., 2010.

3. Документы NARA (США) германской 8-й танкового корпуса и 47 танковой армии.

4. Документы BA-MA (Германия). Издание военных действий I/Pz,Rgt. 26 BA-MA RH 39/599.

Сражение под Прохоровкой. не забываем все [World of Tanks]


Похожие статьи, подобранные для Вас: